SLON-PARTY.RU :: Начало

Разделы сайта

Главная страница
Идеология

Программные документы
Темы сайта

Форум
Хроники СЛОНа

Анонсы, объявления
Последние новости
Пресс-релизы
Архив новостей
Стенограммы выступлений

Читальный зал

Статьи и интервью СЛОНов
СМИ про СЛОНа
Открытая партийная газета
Книжная полка

Сайты по науке и образованию
Руководящие органы
Лица СЛОНа

Персональные страницы
Адреса представителей
в регионах

Региональные организации
Выборы и участие во власти
Документы
Фотоальбом
Слоны в искусстве

Счетчики

Основной раздел :: Текущий раздел

БЛЕСТЯЩЕЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ

 

Россия, год 2004-й. «Новый» президент, новый премьер, новое правительство. Идеи – старые. Главная: «нефть – наше всё!». «Светлое будущее» России, по-прежнему, строится на жидком фундаменте Urals. Правительственные прогнозы экономического развития страны, суть – прогнозы нефтяных цен. Выведена формула российского «экономического чуда»: «высокие сырьевые цены + снижение налогов». При падении сырьевых цен (например, после «перегрева» экономики Китая), - перемена мест слагаемых: «низкие сырьевые цены + повышение налогов». После тяжелейших 12 лет реформ получена формула маятникового развития России: робкие шаги вперёд, с ростом сырьевого рынка и, - стагнация, а то и откат назад, с его падением.

Различные социально-экономические прожекты, провозглашаемые властью с целью кого-нибудь догнать и перегнать (прежде США, а ныне – Португалию) не изменили главного: Россия, де-факто, - сырьевая база мировой экономики. Ни КПСС, страдавшая врождёнными экономическими галлюцинациями, ни современные реформаторы, демонстративно отказавшие России в праве на экономическую индивидуальность, даже на шаг не сдвинули страну с занятого места. Проедать сырьевое изобилие, - занятие наркотическое, лишающее воли к чему-либо кроме сохранения положения вкушающих. И эффектная имитация реформ, осуществляемая правительством в «хорошие времена», оставляет мало надежд на качественное улучшение положения России до наступления «времён плохих».

 

Цена копирайта

Перманентное противостояние западников и славянофилов, выглядящее фундаментальным в теоретической плоскости, на практике превращается в спор «тупоконечников» с «остроконечниками», результат которого – разбитое со всех сторон яйцо. Прямое копирование западных стандартов, модное при Петре I, равно как и «опора на собственные силы» эпохи СССР, сходятся в главном: реформы и преобразования происходили (и происходят) вопреки реальным условиям и обстоятельствам, в которых находится Россия. Этим, во многом, объясняется высокая зависимость направления и динамики развития страны от личных качеств царя, вождя или президента. Потому все реформы, проводимые «сверху», редко и не надолго переживали своих авторов, - слишком мало они соответствовали интересам населения, рассредоточенного на огромной территории с разнообразием природных условий, равным десятку европейских государств.

Очередной бросок исторического маятника на сторону «западников» возродил поиски подходящего для России «эталона» экономического и государственного устройства. Надо полагать, мегатерриториальность российского государства, избыточность природных ресурсов, жёсткие климатические ограничения, и, наконец, высокая неравномерность распределения населения по территории страны в сочетании с его повышенной оседлостью, - ещё недостаточное основание для формирования индивидуальной модели экономического и государственного развития.

 

А что же – эталон? Германия, дважды за последнее столетие, начинавшая строительство экономики с нуля, с истощёнными запасами минеральных ресурсов, но с более тёплым климатом и выгодным географическим положением? США, возникшие 200 лет назад на «расчищенной» от индейцев территории как рабовладельческое государство, имеющие лишь двух тихих соседей и эмитирующие мировую валюту? Или Китай, где людей больше чем деревьев, для процветания которого не хватит и планетарных ресурсов, решающий значительную часть экономических проблем с помощью АК-47? (Ещё была идея с Аргентиной. Жаль, не успели!)

 

Фантом российской ущербности, воссозданный реформаторами-«западниками», затмил старую истину: даже блестяще воспроизводя чью-либо модель развития, можно рассчитывать максимум на второе место. А в современном мире решающий голос только у лидера.

Отказ от разработки и реализации собственной концепции развития гарантирует России статус «вечно десятой державы», который, рано или поздно, войдёт в острый конфликт с национальным самосознанием населения, жёстко увязывающим гиперпространства России с её мировым (потенциальным) лидерством. Длительное несовпадение этих двух величин – прямой путь к моральной деградации народа и дроблению страны.

Поиски национальной идеи закончены. Она проста, как три сосны: либо гиперпотенциал территорий трансформируется в мировое лидерство, либо территории утрачиваются. На перенаселённой планете других вариантов для России нет.

 

Налоговая шизофрения

В сложных социально-политических условиях 90-х г.г., реформаторы меньше всего думали о фундаменте государства – налоговой системе. Позаимствовав фрагменты налоговых систем Германии, США, Франции, Швеции и пр., склеили свою - начисто лишённую функции управления экономикой.

В рыночной экономике налоговая система должна решать двуединую задачу: создавать условия для устойчивого экономического развития, необходимого для расширения налоговой базы (функция управления) и, обеспечивать эффективный сбор налогов (фискальная функция). Реализация функции управления означает, что налоговое воздействие со стороны государства приводит к прогнозируемым изменениям в той или иной сфере экономики. Российская налоговая система этого не предусматривает. Многочисленные и разнообразные налоговые преференции малому бизнесу, территориям (ЗАТО), науке, шахтёрам, учреждениям культуры, с/х предприятиям, инвалидам, национальным группам, отраслям экономики, - не принесли заметных результатов, но привели к формированию мультиналогового экономического пространства (МНЭП) с особыми свойствами. Главное из них – индивидуализация налогоплательщиком налогового режима.

Разнотипные критерии доступа к налоговым преференциям предоставляют неограниченные возможности для осуществления т.н. «налоговой оптимизации», в результате которой можно снизить налоговую нагрузку до 3%-5% от прибыли.

 

Эффективная реализация фискальной функции предполагает низкозатратное получение бюджетной системой установленных налогов от любой экономической деятельности, осуществляемой на территории страны за счёт её ресурсов. Однако в условиях МНЭП, бюджетная система России получает в качестве налогов лишь ту долю доходов экономических субъектов, которую они сами считают возможным заплатить. Многолетние попытки поднять эффективность фискальной составляющей налоговой системы администрированием, привели к возникновению системной коррупции, лишившей Россию, в частности, эффективной правоохранительной системы.

 

Системная коррупция – наиболее деструктивный побочный результат функциональной деформации налоговой системы, способный, в пределе, привести к утрате политической воли высшего государственного руководства к принятию решений, отличных от интересов тех или иных корпораций.

 

В макроэкономическом масштабе процесс индивидуализации налоговых режимов является хаотическим, носит массовый характер и не поддаётся регулированию. Заместив отсутствующую у налоговой системы функцию управления администрированием, государство, фактически, утратило контроль над национальными ресурсами.

 

Неэффективную фискальную функцию налоговой системы, отчасти, удаётся компенсировать квази-налоговой системой – таможенными платежами. Например, их величина в федеральном бюджете 2003г. совпадает с поступлениями от налога на прибыль и, практически, обеспечивает его профицит. Однако, и здесь – не без потерь: «добро» таможни способствует успешному функционированию «теневой» экономики.

 

Функциональная деформация налоговой системы – нормальный результат банального копирование чужих решений. Если в американском учебнике по экономике написано: «снижение ставки налога на прибыль производителей котлет приведёт к росту производства котлет», то, скорее всего, так и будет. В Америке. В России котлет больше не станет, хотя все предприятия станут котлетными. Разница реакций субъектов экономики на одинаковые налоговые воздействия, суть – менталитет. А игнорирование этой разницы при построении налоговой системы – одно из необходимых условий сохранения неконкурентноспособности национальной экономики.

После 12 лет реформ в России по-прежнему нет адекватной ресурсным, географическим и демографическим условиям налоговой системы. Зато присутствуют налоги–консерванты отсталой промышленности и грандиозная по объёму теневая экономика. Яркий пример неадекватности налоговой системы – НДС. Вполне приемлемый для высокотехнологичной, функционирующей на дорогих ресурсах и создающей высокую прибавочную стоимость экономики, НДС, в России, - эффективно смещает инвестиционную активность в пользу сырьевых отраслей.

 

Старая задача для нового правительства. Куда пойдёт инвестор-предприниматель если, с одной стороны, есть возможность, используя устаревшие технологии и оборудование дёшево добывать минеральные и биоресурсы, быстро и дорого продавая добытое за рубеж, возвращая при этом НДС и получая сверхвысокую норму прибыли, а, с другой, - взять дорогой кредит, купить дорогое, с учётом НДС, оборудование, попутно попав на 2,2% налога на имущество и, жёстко конкурируя с импортом, увеличивать цену своей продукции на всё тот же НДС, заведомо снижая норму прибыли, удлиняя инвестиционный цикл и принимая дополнительные риски?

 

В современной России промышленная модернизация происходит в условиях мощного противодействия со стороны налоговой системы. Потому, основным мотивом такой модернизации является не налоговое управление государства, а – конкуренция на мировом рынке. В условиях глобального разделения труда это – гарантия сохранения России в качестве поставщика сырья (пока оно есть) для мировой индустрии.

Любимая тема отечественных экономистов и политиков – «промышленная политика», как инструмент «правильного» развития страны, - фантом ушедшей доинформационной эпохи, допускавшей 10-15 летнее экономическое планирование. Новый, информационный период мирового развития, главная характеристика которого – высокая динамика и глобальность экономических изменений, требует более быстродействующего и эффективного инструмента управления. В то же время любая громоздкая структура, к коей, разумеется, относится государство, не в состоянии обеспечить должную скорость реакции на экономические процессы, и проблема модернизации России, суть – проблема создания адекватной налоговой системы*.

Ещё одно последствие неадекватности налоговой системы – «теневая» экономика. Наибольший оптимизм при её оценке излучают Госкомстат и министр финансов. По их уверениям доля «теневой» составляющей ВВП – 23% (правильно замаскированная проблема помогает карьере, но виртуализирует систему управления). Всемирный банк оценивает её в 46,1%. Однако, ситуация сложнее. В МНЭП не существует ясной границы между легальной и «теневой» экономикой. В деятельности экономических субъектов перманентно совмещаются управленческие решения, направленные на оптимизацию (индивидуализацию) налогового режима и относящиеся к обеим сферам экономики. Поэтому разделить «теневую» и «белую» составляющие ВВП – невозможно. В России они – сиамские близнецы. Однако, если вспомнить оценки объёмов валютной наличности в России, звучавшие в 2000-2002 г.г., – до $100 млрд., то, сравнивая её как средство платежа, с рублёвой наличностью (например, по состоянию на конец 2002г. – 763,2 млрд.руб.), можно говорить о четырёхкратном превышении «теневой» экономики над легальной. (Это - ресурс для пятикратного роста ВВП, – поамбициозней «удвоения» будет!)

 

В пользу стомиллиардной оценки валютной наличности говорит следующий факт. Если проанализировать темпы роста денежной массы (М2) за период 1999-2003г.г., можно заметить два максимума: 2000г.(+61,5%) и 2003г.(+50,5%). В эти годы наблюдалась стабильность куса рубля к доллару 28,46-28,16 RUB/$ (2000г.) и его номинальное укрепление 31,82-29,45 RUB/$ (2003г.). Это негативно отразилось на покупательной способности доллара (ЦБ: долларовая инфляция в России за 2003г – 10,4%. Для сравнения, тот же показатель за 2002г. – 4,3%). Локальная “мягкость” доллара повлекла за собой его постепенное вытеснение из “теневой” экономики и её частичный переход на расчёты более твёрдой валютой (рубль, евро). Без учёта внешней составляющей (курс $/евро) прирост денежной массы в 2003г., скорее всего, не превысил бы 30%. С учётом внешнего фактора прирост составил 50,5%. Разница в 20,5% - 438 млрд.руб.($14,27 млрд.) – вытесненная из «теневой» экономики валюта. За один год. После 12 предшествующих лет валютизации России. Присутствие огромной массы наличной иностранной валюты, плохо заметной из окон ЦБ, вполне объясняет совмещение роста экономики и высокой инфляции при низком уровне монетизации экономики (менее 23%). Сегодня, де-факто, российскую экономику денежными средствами обеспечивают три эмиссионных центра: ЦБ, в объёме 3212,7 млрд.руб. (на конец 2003г.) и, совместно, ФРС США и ЕЦБ в объёме, предположительно, до $100 млрд. В этом случае, суммарный уровень монетизации превышает 40% ВВП и «не скоординированная» эмиссионными центрами денежно-кредитная политика поддерживает в мультивалютной российской экономике высокую рублёвую и валютную инфляцию.

 

Существование в России мультивалютного и мультиналогового экономического пространства исключает возможность эффективной диверсификации экономики - нет инструмента её осуществления. Проводимая в последние три года «налоговая реформа», - снижение номинальных налоговых ставок, свидетельствует об отсутствии у власти понимания однонаправленного характера запущенных процессов. При неблагоприятной мировой конъюнктуре и последующем снижении поступлений от экспорта увеличить налоговые ставки будет несложно, а увеличить собираемость налогов, учитывая чудовищную коррумпированность госаппарата и правоохранительной системы, - невозможно.

Нам необходима налоговая реформа, предусматривающая изменение структуры налоговой системы. Именно структура налогообложения определяет направление развития экономики, тогда как величина налоговых ставок – динамику этого процесса. Адекватная налоговая система позволит перейти от массовой «оптимизации налогов» на манипуляциях с законодательством к их прозрачному управлению налогоплательщиком за счёт трансформации, оптимизации, модернизации бизнеса.

Пора сделать выбор: или структура российской налоговой системы соответствует ресурсным, географическим и демографическим условиям и, тогда, она – инструмент развития страны, или – всё наоборот и, тогда, она – тормоз любым «удвоениям».

 

Наиболее точным критерием адекватности налоговой системы можно считать соотношение «теневой» и легальной составляющих в ВВП страны. По этому критерию наиболее адекватная, среди развитых стран, налоговая система в США, где, по данным Всемирного банка доля «теневой» экономики - 8,8%. Именно адекватная налоговая система – фундамент экономической мощи США, позволившей превратить доллар в мировую валюту. Задача достижения свободной конвертируемости рубля (СКР), недавно провозглашённая российским президентом, в рамках действующей налоговой системы не имеет решения. СКР может возникнуть лишь после того, как российская экономика продемонстрирует устойчивость в условиях неблагоприятной мировой конъюнктуры на сырьё. При падении цен на Urals. Для этого необходимо добиться кардинального изменения структуры экспорта в пользу высокотехнологичной продукции. Кроме того, многочисленные «рублетрясения» последних 14 лет, выработавшие у населения известный поведенческий шаблон (сброс рублёвой наличности в товары и валюту при малейшем намёке на кризис) создали дополнительное препятствие к достижению СКР. Страх обнищать, сохраняя рублёвые сбережения в «плохие времена», - катализатор экономической дестабилизации независимо от реального положения дел в России. Рассчитывать, что одни лишь золотовалютные запасы и фонд стабилизации удержат экономику и рубль от тяжёлых потрясений, - верный способ «уронить» страну в глубокий кризис. Разорвать этот замкнутый круг нужно и можно именно сейчас – в «хорошие времена», но это потребует неординарных решений**.

 

Атрофия функции управления и, одновременно, абсолютизация фискальной составляющей налоговой системы лишают Россию наиболее эффективного инструмента устойчивого экономического развития, поддерживают её исключительную зависимость от мировой конъюнктуры и создают условия для перехода страны к 2020-2030г.г. в разряд наиболее экономически отсталых, неуправляемых и нестабильных территорий мира.

Если президент Путин предполагает иной сценарий, то первым шагом к его реализации может быть только один: выведение Госкомстат из подчинения премьер-министра…

 

 

О.А. Тимофеев.

Апрель, 2004г.

 

 

*Изложение концепции адекватной налоговой системы выходит за рамки данной статьи.

**Изложение мер по формированию кризисной устойчивости рубля выходит за рамки данной статьи.

 

 

 

 

 

Высказаться

Все права принадлежат авторам материалов, если не указан другой правообладатель. Разработчик и веб-дизайнер - Шварц Елена. Состав редакции сайта